1. Skip to Menu
  2. Skip to Content
  3. Skip to Footer

Полузабытая война, но не забытые герои

Во время афганской войны воин-интернационалист борчанин Вячеслав Борисович Сорокин был одним из тех, кто принимал участие в первой фазе вывода войск – в 1988 году.

Авиационное техническое училище он окончил в 1974 году в Харькове по специальности «техник по эксплуатации вертолета и авиадвигателя». Начинал бортовым техником, 4 года летал на МИ 8. В Кызылагаче (Азербайджан) был назначен старшим техником группы обслуживания. Затем служба в Монголии, Украине. Дослужился до начальника группы регламента вертолета и двигателя ТЭЧ полка (технико-эксплуатационной части). В 1987 году в часть пришла разнарядка в Афганистан для исполнения интернационального долга.


Это не кино

Отказаться было нельзя. И уже 1 июля я оказался в Кабуле,  – вспоминает Вячеслав Борисович.  – К жаре после Азербайджана я был привычен, тем более в Афгане климат сухой и нет комаров, которые очень изводили в Кызылагаче (кстати, именно в тех местах малярийные комары положили всю банду Стеньки Разина). Через пять дней меня отправили на самолете в Кандагар.

А через несколько дней в Кандагаре произошел несчастный случай, который показан в известном фильме режиссера Федора Бондарчука «9 рота»: самолет АН-12 взорвался прямо на аэродроме. В фильме есть место художественному вымыслу, а дело было так:

Я своими глазами видел эту аварию, стоял на другом конце аэродрома,  – рассказывает Вячеслав.  – Летчик увидел шлейф, ему показалось, что в него летит ракета, вот он и поторопился приземлиться, грубовато посадил. Стойка шасси подломилась, и самолет выкатился на минное поле. А на борту было 22 бомбы по 250 кг. И рвануло. Меня взрывной волной опрокинуло на спину, нашего прапорщика ранило, а 16 человек, которые побежали на помощь, разметало взрывом. Части самолета раскидало на полкилометра. Большое счастье, что я в тот день отправил своих подчиненных в баню, из наших только прапорщик был ранен.

Афганские будни были такие: каждый день подъем в 5 утра, завтрак, дорога на аэродром, работа до 12 часов, перерыв до 16.00 (пока раскаленное на солнце железо остывает). В основном занимались тем, что латали вертолеты, заменяли части. Вертолеты страдали часто, особенно после появления у душманов «стингеров» и до установки тепловых ловушек, поэтому работы было невпроворот. В конце срока пребывания Сорокин даже был награжден медалью за то, что в кратчайшие сроки со своей группой поднял на ноги (точнее – на лопасти) два вертолета.

Это была уже его вторая медаль, первую получил за
то, что вертолеты, которые обслуживала его группа, ни разу не попали в аварию по техническим

причинам, притом что прилетали они частенько совершенно «убитыми» – в пробоинах, как сито, с перебтыми двигателями. И ремонтировали машины техники часто прямо под обстрелами.

Доводилось нашему герою чинить и штурмовик СУ 25, севший почти без хвоста (пилот, умудрившийся его посадить, награжден орденом, пилоты в Афгане – это вообще отдельная история, туда брали лучших из лучших).

Однажды ракета упала прямо на крышу дома
нашего жилого городка. Хорошо, что не разорвалась. Был случай, когда часового снарядом убило. Но самый кошмарный обстрел, это когда в нашу «сушку» на аэродроме попал снаряд и штурмовик стал самопроизвольно изрыгать ракеты во все стороны,  – Вячеслав Борисович вспоминал это все с улыбкой (он вообще очень смешливый). Но, уверен, тогда ему было не до смеха.



Все смешалось…

Ни одной нештатной ситуации не случилось с техникой, которую команда Сорокина готовила к выводу на Сахалин. Почему так далеко? Да потому что тогдашнее командование приняло решение эвакуировать вооружение как можно дальше от братских республик. Так и служил на Сахалине инженер эскадрильи Вячеслав Сорокин. Обустраивал вместе с бойцами практически на голом месте аэродром и быт, чинил вертолет. Однажды даже японского шпиона арестовал. Тот, пользуясь легендой посещения могил предков, проник на территорию аэродрома и фотографировал все подряд.

В 90-х, когда по всей стране начался хаос, мы вообще, думаю, повергали японских шпионов в шок, когда в части все менялось чуть ли не ежедневно,  – смеется Вячеслав Борисович.  – В этом хаосе началось наглое воровство. Вертолеты уходили в капремонт и уже не возвращались… Смотреть на это сил больше не было, и в 1995 году я уволился.

Техника не отпускает

На Бор, к родителям, приехал в 1996 году. В 2014 году купил квартиру в Ямнове на деньги по военному сертификату.

Вячеслав – заядлый рыбак. А еще изобретатель – много лет размышлял над идеей инерционного движителя нового типа и в настоящее время довел идею и конструкцию до логического завершения.

К сожалению, мало кто хочет даже выслушать мои идеи, – горько усмехнулся изобретатель.  – Почему – не понятно. То ли времени нет, то ли новые идеи никому не нужны. Денег-то нужно не так много, чтобы разработать документацию и построить прототип.

Тем не менее Вячеслав Борисович не унывает. Рыбачит, путешествует на машине (проехал уже пол-Кавказа), планирует доехать до Торжка, чтобы повидаться с однополчанами. 15 февраля, в день вывода советских войск из Афганистана, по традиции встретился с борчанами – участниками боевых действий. Обнялись, вспомнили прошлое. И снова почувствовали, что они – братство.

Антон Дерябин

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Авторизация

Кто on-line

Сейчас 178 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте


Вся информация, размещенная на сайте
biabor.info предназначена только для персонального пользования и не подлежит воспроизведению и\или распространению в какой-либо форме, иначе как с письменного разрешения БИА.

С

п

р

а

в

о

ч

н

а

я

Яндекс.Метрика