Потерял бизнес, семью, друзей, здоровье. Таким бывает итог игровой зависимости, которая зачастую зарождается в детстве и начинается с компьютерной игрушки. В соседней комнате с родителями, которым кажется: ребенок дома, играет тихонько –значит, все в порядке. А потом оценки становятся хуже, секция не интересна, друзья не нужны, а дальше – ложь, долги, болезни. Такова дорога игромана из реальной жизни в виртуальную. О причинах, симптомах и последствиях игровой зависимости рассказала клинический психолог, гештальт-терапевт, специалист по работе с зависимым поведением Анна Камская.

– Анна, игровая зависимость – это болезнь?

– Да, болезнь, признанная во всем мире. Доказано, что человек рождается с генетической предрасположенностью к зависимому поведению, и не имеет значения, от чего сформируется зависимость: от алкоголя, наркотиков, игр. Важен эмоциональный фон, в котором растет человек с такой предрасположенностью. Зависимость еще называют болезнью замороженных чувств или болезнью одиночества. Она развивается в эмоционально холодных семьях, где много обесценивания, отвержения, сравнения не в пользу ребенка, запретов на проявление себя. В такой среде ребенок замораживает чувства и остается с ощущением вины, страха, стыда в тотальном одиночестве. От этого в теле копится много напряжения, которое надо выплеснуть, а он не знает куда. И находит выход в игре.

– Каковы симптомы игромании?

– Я могу выделить шесть критериев. Первый – озабоченность игрой, когда подросток выбирает играть, а не гулять, забывает учить уроки, вовремя лечь спать.

Второй – когда ребенок отрицает проблему. И на вопросы родителей, почему не выучил урок, находит тысячи причин, кроме игры, потому что, если он признает, что причина в игре, придется ее ограничить, а делать этого он не хочет.

Третий пункт – неуправляемые отношения с игрой, когда подросток не может контролировать время сна, не помнит, поел ли он. И уже не он контролирует свою жизнь, а зависимость ее контролирует.

Четвертый момент – когда вырабатывается толерантность. И хочется играть больше или в более адреналиновую игру, или в командную, или купить опции, чтобы прокачать своего героя.

Пятый критерий – это синдром отмены. Когда ребенку запретили играть, а у него появляется паника, раздражение, агрессия либо, наоборот, апатия, и он лежит, ничего не делает.

И шестой – период, который родителям важно не пропустить. Когда игра влияет на биологическую сферу: ребенок не высыпается, у него ухудшается зрение, начинается искривление позвоночника, болят кисти от пульта или мышки. Когда игра влияет на социальную сферу: подросток пропускает занятия в школе, не учит уроки, бросает секцию, мало общается с друзьями. Когда игра влияет на психологическую сферу: у игрока появляются бессонница, эмоциональные качели, он становится агрессивным, раздражительным.

– А какие существуют стадии развития игромании?

– Такие же, как у любой зависимости. Первая стадия, когда игра – друг. И ребенок играет в свободное время, при этом выполняет все обязанности. Вторая стадия – когда игра становится врагом. Здесь уже наблюдаем какие то негативные последствия: заигрался и забыл сделать домашние дела или уроки, проиграл до полуночи, забыл поесть и т. д. Третья стадия, когда игра – хозяин и с ней возникают уже неконтролируемые отношения. У подростка появляются психозы, он забрасывает учебу, не общается с родителями. Друзья ему нужны только те, которые тоже играют. Мы их называем соупотребителями. В этот момент уже надо бить тревогу и обращаться к специалисту. Но замечу из своего опыта: на этом этапе ко мне никто не приходил.

Родители обращаются обычно на четвертой, последней стадии. Мы называем ее «дно». На этом этапе зависимый полностью уходит в виртуальный мир. Он погрязает во лжи, прогуливает школу, начинает продавать вещи, воровать, набирать кредиты, если ему уже исполнилось 18 лет, чтобы прокачаться в игре или сделать ставку. Ставками заканчивают все, кто начинал с бесплатных игр. В этот момент у игромана много отчаяния, он боится рассказать о своей проблеме родителям, потому что контакта с ними нет.

– Почему от игровой зависимости чаще страдают мальчики/ мужчины?

– Потому что мужчины по природе более склонны к соревнованиям, конкуренции, агрессии. И когда они не могут проявиться в реальной жизни, находят выход в игре. Как выглядит этот процесс? Вначале игрок чувствует напряжение, потом возбуждение, затем достигает пиковой точки – кайфа, счастья, а далее наступает облегчение. И после снятия напряжения он чувствует себя свободным. И вот это чувство отдел головного мозга, который отвечает за эйфорическую память, записывает. И человек хочет его повторить. Но повторить не получается, надо играть больше или осваивать новую игру или командную. Так и формируется зависимость. И игровая, и любая другая: шопоголизм, зависимость от другого человека, наркотическая, алкогольная. Я работала в реабилитационном центре, там людей с разными зависимостями лечат по одной программе, потому что механизм – один, вещество – разное.

– Если родители заметили у ребенка предпосылки зависимого поведения, что делать?

– Ни в коем случае не осуждать. Потому что он не виноват, выживает в тех условиях, которые есть, приспосабливается к среде. И находит единственный способ, чтобы ему комфортнее в ней жилось. Все зависимые хотят близких отношений, но не умеют их строить. А в игре подросток может быть самим собой, его принимают таким, какой он есть. Там он в безопасности. В семье же, к сожалению, ребенок зачастую не чувствует себя спокойно, у него много страха, что его накажут, не услышат, не поймут. Поэтому надо обращаться к специалисту.

– Можете рассказать историю игровой зависимости из Вашей психологической практики?

– Молодой человек. На момент нашей встречи ему было 19 лет, а играть начал с 8 лет в простые компьютерные игры. Дома был тотальный контроль. Во сколько прийти, в какой секции заниматься, куда идти учиться после школы – все решали родители. Когда они поняли, что сын подвержден игромании, он предложил вариант: «Я займусь киберспортом, буду зарабатывать деньги». Стал профессионально играть в команде, и успешно, как казалось со стороны. Но зависимость оставалась с ним. Когда адреналина от киберспорта стало не хватать, заработок парень начал тратить на ставки. Набрал кредитов, микрозаймов, накопил миллионные долги. В какой то момент смог признаться родителям. Они забрали банковую карту, компьютер, стали контролировать телефон. Но предотвратить развитие зависимости сами родители уже не могли. 3 месяца парень провел в закрытом реабилитационном центре для зависимых. Потом еще шесть – в личной терапии. Четыре месяца назад он из терапии ушел, но мы с ним остаемся на связи. Он сейчас трезвый, не играет, работает, раздает долги, планирует учиться.

Но не надо заблуждаться, что от зависимости можно вылечиться. Это пожизненное заболевание, и диагноз этот не снимается. Но можно уйти в ремиссию и научиться с помощью психологических инструментов жить.

Зависимость – семейная болезнь. В семье, где есть зависимый, остальные – созависимые, и им тоже требуется помощь. Родители думают: вот мы вылечим сына и будем жить счастливо. Это не работает. Если ребенок будет пробовать жить по новому, а родители, живя с которыми он начал играть, – по старой модели, это приведет к срыву, и он вернется к игре.

– Психологи отмечают, что работать с игровой зависимостью у детей сложнее, чем у взрослых, почему?

– Это так, потому что зависимый ребенок переживает намного меньше потерь, чем взрослый, и у подростка нет ценности этих потерь. Взрослый проиграл машину, бизнес, набрал кредитов и сам расплачивается за это. А ребенок проигрывает либо родительские деньги, либо свои, но кредиты ему помогают закрыть родители. Поэтому, не чувствуя такой ответственности, какую чувствует взрослый, ребенку сложнее прекратить играть.

– Всегда хочется подстелить соломку и услышать правила профилактики. Они есть?

– Если мы хотим вырастить здоровую личность, нужно интересоваться своим ребенком, формировать эмоциональную близость с ним, отражать его чувства, разговаривать, принимать, не обесценивать, не пытаться через ребенка реализовать свои неисполненные желания. Устанавливать разумные границы, но давать право выбора.

* * *

Согласно данным Комитета Государственной Думы по защите семьи, за последние годы количество обращений по поводу зависимости несовершеннолетних от азартных игр и онлайн-ставок выросло в 1,5 раза. В официальной статистике обращений по лудомании дети до 14 лет составляют чуть меньше 1 %, в то время как подростки в возрасте от 15 до 17 лет – 44 % от всех несовершеннолетних пациентов с этой проблемой. Основной причиной является вовлечение подростков в нелегальные онлайн-казино и ставки на спорт