Свой позывной – «Печник» – Алексей Г. получил еще на сборном пункте, поскольку у него неплохо получалось растапливать буржуйку. С мая по конец августа прошлого года он был «за ленточкой». Был ранен. Сейчас участник специальной военной операции находится в отпуске, и он поделился своей историей. Слово – Алексею:

– На мое решение подписать контракт повлияло несколько факторов. Это и патриотические позиции, и экономическое мышление, и желание отомстить за погибших ребят. Я подписал контракт весной 2025 года, после Дня Победы. Наверное, это тоже одна из причин, почему я принял решение пойти на СВО, – защитить наше историческое прошлое, память о наших дедах и прадедах.

После подписания контракта нас привезли на сборный пункт. Там мы пробыли две недели на карантине, проходили медкомиссию, собеседования, общались с психологами. Потом нас перебросили на военный пункт временной дислокации. Там нам выдали амуницию и боевое оружие. На полигоне мы проходили обучение две с половиной недели. С инструкторами нам очень повезло – это были ребята, которые проходили службу на различных участках боевого соприкосновения. Они делились опытом, учили оказывать первую медицинскую помощь, показывали, как пользоваться средствами связи, разбираться в картах... Мы проходили так называемое боевое слаживание.

Потом нас стали перебрасывать ближе к линии соприкосновения. Все перемещения проходили скрытно, в ночное время. Подошли к одному из поселков, который расположен практически на границе России и Украины. За рекой была уже территория противника. Нас разделили на малые группы, расселили в подземных блиндажах. Именно там я услышал первые сильные взрывы, звуки летающих дронов. Отдохнули, а в четыре утра поступила команда на сбор, порядка девяти километров мы очень быстро шли к берегу по лесополосе. На противоположный берег переправлялись на резиновых лодках. Там нас встретил человек, который повел на точку, откуда мы должны были начинать свой боевой путь.

Прибыли в лагерь, познакомились с командирами, бытом, прошли инструктаж о том, куда ходить можно, куда нельзя. День нам дали на отдых, потому что прибытие было сложным – мы несли не только свои вещи, но и боекомплекты, топливо, продукты питания, медицинские средства. Никакой транспорт туда не ходит, все приносится ребятами, которые, рискуя жизнью, доставляют все необходимое для продвижения вперед.

Я – штурмовик, моя задача – штурм позиций. Но я еще хорошо вожу мотоцикл, поэтому в мои задачи входил подвоз воды, продуктов питания, боеприпасов, эвакуация раненых. Потом и сам получил ранение. Это произошло 31 августа. Мы с напарником отправились на боевое задание, и кто-то должен был идти первым, а кто-то прикрывать со спины. Мне выпало идти первым. Отошли от точки старта на несколько километров. А это не прямая дорога, это могут быть болото, гора или овраг, и ты должен двигаться по заданному маршруту. Мы шли в темноте, я сам не совсем понял, как подорвался. Услышал хлопок, лицо обдало облако пыли, оглушило...

Паники не было. Я доложил по рации, что участок заминирован. Напарник в этот момент остановился, наблюдал за мной, ждал распоряжений командира. Его задача – меня прикрывать. Дальше только механически отработанные действия, которым меня учили на полигоне, – оказание первой медицинской помощи. Доложил, что ногу затянул, что в сознании. Мне была команда оставаться на месте, напарнику – продолжать движение. Пока он был в поле зрения, я его прикрывал. Затем мне дали команду откатываться, потому что эвакуационная команда ко мне прибыть не может, но будет ждать на точке. Я должен был добраться до нее сам. Впереди толкал рюкзак, потому что передвигался по траве, и вполне мог подорваться еще раз. Прибыл на точку эвакуации с вещмешком, боекомплектом, в полной амуниции. Ребята вышли, встретили меня. Сколько по времени я добирался, не знаю. Единственное, ставил таймер на 40 минут, чтобы пережгутовываться. Затем – госпиталь, а сейчас – основной отпуск.

* * *